— По-вашему, я лгу?

— Дункан.

Диди, подойдя сзади, взяла его за руку и пыталась увести между рядами к выходу, но он рывком освободился.

— Это был самый настоящий пистолет. Только что дымок из дула не шел. И женщина тоже была. Когда я вошел, она вскочила и…

Стук молоточка судьи заставил его замолчать.

— Все это вы сможете рассказать на следующем заседании. Если оно состоится.

Внезапно перед ним появился улыбающийся Савич, заслонив собой весь свет.

— Снова продул дело, Хэтчер.

Майку Нельсону пришлось вцепиться Дункану в рукав, иначе тот перепрыгнул бы через заграждение.

— Ты у меня еще сядешь, сукин сын. Заруби это себе на носу. Вокруг задницы наколи. Ты у меня еще сядешь.

Клокочущим от ярости голосом Савич сказал:

— Мы еще увидимся. И скоро. — И послал Дункану воздушный поцелуй.

Адамс торопливо провел своего клиента мимо Дункана. Тот посмотрел на судью.

— Как вы можете его отпускать?

— Не я, детектив Хэтчер. Закон.

— Но закон — это вы. По крайней мере, так должно быть.

— Заткнись, Дункан, — прошипела Диди. — Мы будем активнее искать Люсиль Джоунз. Может, найдется пистолет. Рано или поздно мы посадим Савича.

— Лучше рано, чем поздно! — рявкнул Дункан, даже не пытаясь сдержать голос. — Лучше бы он сел сегодня. Мы могли упечь его за чертову решетку прямо сейчас, только для этого нужно, чтобы судья был на стороне полицейских, а не преступников.

— О черт, — простонала Диди.

— Детектив Хэтчер, — судья наклонился над кафедрой и пронзил Дункана взглядом. Затем сказал тоном великомученика: — Понимая, как вы сейчас расстроены, я готов оказать любезность и не принимать во внимание ваше последнее заявление.

— Да вы в дерьме ничего понять не сможете. Если бы вы, ваша честь, хотели оказать мне любезность, то заменили бы присяжного и не объявляли судебное разбирательство незаконным. Если бы вы хотели оказать мне любезность, то дали бы нам шанс посадить убийцу за решетку и добиться справедливости.